Субсидиарная ответственность в банкротстве и за его пределами (весна 2026)

Весной 2026 года Конституционный Суд РФ и Верховный Суд РФ («КС РФ», «ВС РФ», «Суд») продолжил совершенствование подходов к привлечению контролирующих должника лиц («КДЛ») к субсидиарной ответственности («СО»). Суд сосредоточился на защите добросовестных приобретателей бизнеса, разграничении деликтов и преференциальных сделок, а также на правах субординированных кредиторов.

Лейтмотив весенней практики – субсидиарная ответственность не должна превращаться в инструмент автоматического взыскания долга при любом кризисе компании.

Акты КС РФ

1. Продажа прав требований из СО не лишает арбитражного управляющего права на вознаграждение

Определение КС РФ от 31.03.2026 № 827-О

Арбитражный управляющий оспаривал нормы ст. 61.17, 139 и 140 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» («ЗоБ»). По его мнению, они позволяют при продаже требования из СО на торгах «автоматически» передавать покупателю и дополнительные «дублирующие» требования управляющего. Например, если вознаграждение не было выплачено управляющему за счет должника, управляющий вправе требовать его как с заявителя по делу, так и с КДЛ. Отсюда вопрос – переходит ли при продаже требования к КДЛ также солидарное требование к заявителю по делу.

КС РФ отказал в принятии жалобы

Регулирование банкротства призвано балансировать различные, порой взаимоисключающие интересы. Установленная обжалованной ст. 61.17 ЗоБ возмездная уступка требования к КДЛ направлена на пополнение конкурсной массы и в этой связи не нарушает прав заявителя. При этом вопросы о том, переходят ли покупателю иные требования управляющего, являются вопросами факта и квалификации конкретных договоров.

Таким образом, КС РФ не увидел проблемы в сложившейся практике ВС РФ и отнес вопрос об определении последствий уступки к компетенции арбитражных судов, рассматривающих конкретные дела.

Напомним, что ВС РФ в последние годы формировал такой подход: разные требования одного и того же лица к КДЛ, пусть даже возникающие из разных оснований, должны уступаться вместе, если они направлены на удовлетворение одного и того же интереса. Аналогично – требования одного лица к КДЛ и третьему лицу, если они тоже обеспечивают один интерес. Это относится и к требованиям арбитражного управляющего. Например, в определении ВС РФ от 03.12.2025 № 302-ЭС21-13071 (4) по делу № А33-17646/2017 ВС РФ разъяснил: управляющий теряет требование к заявителю по делу, если уступает требование к КДЛ, основанное на том же интересе (см. обзор BIRCH за зиму 2025–2026 годов и более ранние).

Акты ВС РФ

1. Систематизация практики банкротства за 2025 год

Тематический обзор ВС РФ № 5/2026 от 29.04.2026 (утв. Постановлением Президиума ВС РФ от 29.04.2026 № 7А/2026)

ВС РФ закрепил ряд значимых позиций по СО, о которых мы писали ранее:

• П. 16 Обзора: «К субсидиарной ответственности по обязательствам должника может быть привлечен конкурсный кредитор, осуществлявший контроль над действиями должника и причинивший своими действиями вред интересам других кредиторов» (подробнее см. п. 2 обзора BIRCH о практике по СО за зиму 2024–2025 годов).
• П. 17 Обзора: «Если основание для субсидиарной ответственности возникло в связи с деятельностью должника до возбуждения в отношении него дела о банкротстве, требование о привлечении его к ответственности не является текущим» (подробнее см. п. 1 обзора BIRCH о практике по СО за лето 2025 года).
• П. 18 Обзора: «При подаче заявления о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующего лица, в отношении которого уже введена процедура банкротства, арбитражный управляющий подконтрольного лица должен обратиться с заявлением о включении такого требования в реестр в деле о банкротстве контролирующего лица в пределах установленного статьей 142 ЗоБ срока» (подробнее см. п. 4 обзора BIRCH о практике по СО за осень 2025 года).

2. Косвенные доказательства – достаточный повод для переложения бремени доказывания на фактического (теневого) бенефициара

Определение от 10.03.2026 № 305-ЭС22-17725 (15,16) по делу № А40-86190/2021

Кредиторы требовали привлечь к СО не только номинального бенефициара, но и реального бенефициара должника, сформировавшего модель управления с «центром убытков».

Суд первой инстанции удовлетворил требования. Апелляция и суд округа отказали, требуя прямых доказательств вины реального бенефициара в банкротстве.

ВС РФ сохранил в силе определение суда первой инстанции.

Суд напомнил о «неравенстве доказательственных возможностей»: обычно кредитор не может знать внутригрупповые процессы холдинга и не имеет доступа к прямым доказательствам. Если представлены убедительные косвенные доказательства (участие в совете директоров, рост личных доходов на фоне ухудшения показателей компании), бремя доказывания невиновности переходит на КДЛ.

Данным определением ВС РФ продолжает давно намеченную линию перераспределения бремени доказывания, о которой мы упоминали в прошлых обзорах (например, см. п. 2 обзора BIRCH за осень 2025 года). Данное дело – еще один сигнал от ВС РФ: пассивность КДЛ в процессе не выигрышная стратегия.

3. Обязанность нового владельца подать на банкротство возникает не в день покупки доли

Определение от 16.03.2026 № 305-ЭС24-7170 (3) по делу № А40-194917/2021

Новый участник купил долю в компании, когда та уже была в неудовлетворительном финансовом положении. Суды привлекли его к СО за неподачу заявления о банкротстве компании, посчитав, что он должен был сделать это в день получения статуса участника.

ВС РФ не согласился с нижестоящими инстанциями и напомнил, что нельзя отождествлять дату приобретения доли с датой нарушения указанной обязанности.

Участник может быть привлечен к СО, если заявление о банкротстве должника не было подано после истечения совокупности сроков «на созыв, подготовку и проведение заседания коллегиального органа, принятие решения об обращении в суд с заявлением о банкротстве, разумных сроков на подготовку и подачу соответствующего заявления».

При этом сами такие сроки начинают течь лишь после того, как участник узнал о нарушении директором его обязанности по обращению в суд.

Позиция ВС РФ защищает инвесторов, покупающих проблемные активы, и подтверждает, что «автоматической» ответственности за прошлое компании при смене собственника не существует.

4. Частичное исполнение плана реструктуризации в личном банкротстве КДЛ само по себе не списывает остаток долга по СО

Определение от 23.03.2026 № 305-ЭС25-6030 по делу № А40-30773/2021

КДЛ, привлеченный к СО, инициировал личное банкротство. Был утвержден план реструктуризации, по которому он выплатил 60% долга, после чего дело прекратили. Кредитор потребовал исполнительный лист на остаток, но суды отказали, решив, что раз план выполнен – долг погашен.

ВС РФ занял другую позицию. Суды не проверили, было ли в плане четко указано прощение остатка долга. Необжалование плана кредитором не означает его автоматическое согласие на списание 40% суммы.

Комментарий: ВС РФ напомнил, что реструктуризация – это не способ погасить долг по СО без явного согласия кредитора. Прекращение непогашенных обязательств возможно лишь по итогам реализации имущества должника, тогда как реструктуризация долгов предполагает их полное погашение (если сам кредитор не согласился на иное). КДЛ придется доказывать, что кредитор действительно отказался от части денег.

5. Субординация не спасает новых КДЛ от претензий бывших владельцев

Определение от 16.04.2026 № 306-ЭС23-23161 (2) по делу № А06-10690/2022

При расчете размера СО встал вопрос: включать ли в него субординированные требования аффилированного с должником кредитора?

Суды нижестоящих инстанций решили: нет, поскольку в размер СО не включаются требования самого КДЛ или заинтересованных лиц (абз. 3 п. 11 ст. 61.11 ЗоБ).

ВС РФ занял другую позицию. Статус «заинтересованности» для исключения из размера СО должен устанавливаться по отношению к КДЛ, а не к должнику.

«Контроль кредитора над должником или иная заинтересованность между ними, существовавшие в период предоставления кредитором финансирования этому должнику, сами по себе не лишают такого кредитора права на удовлетворение своих требований за счет КДЛ, причинивших вред его кредиторам».

Так что субординация требований и расчет СО – это параллельно решаемые вопросы. Даже субординированный кредитор вправе претендовать на СО, если он сам не привлечен к СО, не относится к заинтересованным лицам по отношению к КДЛ (абз. 3 п. 11 ст. 61.11 ЗоБ), а привлекаемое к ответственности КДЛ действовало независимо от этого кредитора (пункт 26(5) Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53).

6. Возврат компенсационного финансирования не должен рассматриваться как убытки

Определение от 24.04.2026 № 309-ЭС16-20619 (8, 9) по делу № А07-8518/2015

Участник компании получил возврат по ранее предоставленному компании займу непосредственно перед ее банкротством. Управляющий пропустил срок в один год на оспаривание сделки и подал иск об убытках из факта ее исполнения (срок 3 года). Суды иск удовлетворили.

ВС РФ занял другую позицию. Возврат займа не создает убытков у компании (активы и пассивы уменьшаются синхронно). Следовательно, это лишь преференциальная сделка (а не сделка, направленная исключительно на вывод активов или во вред иным кредиторам). Нельзя обходить сроки оспаривания сделок через институт убытков.

Комментарий: ВС РФ пресек опасную для КДЛ практику обхода пропущенных сроков через маскировку оспаривания сделки под иное требование.